Практические приложения экспериментальной экономики

Проверка положений экономической теории, да еще в учебных целях — только одно из направлений экспериментальной экономики. Уже отмечалось, что Интернет — это одно из своеобразных повторений Дикого Запада с его шерифами и неписаными законами. Но аналогичные ситуации складываются и на рынке электроэнергии, и на земельном рынке, и даже на рынке обслуживания взлетов и посадок самолетов.

Вернон Смит был консультантом при приватизации электроэнергетики Австралии и Новой Зеландии, в многочисленных дискуссиях относительно дерегулирования электроэнергетики США он участвовал настолько активно, что получил премию от соответствующего федерального комитета. Со своими коллегами он не просто разрабатывал рыночные механизмы для конкретных приложений, но и проверял, как они практически действуют.

Допустим, требуется сформировать оптовый рынок электроэнергии в какой-то энергосистеме, к которой подключено несколько поставщиков и множество потребителей электроэнергии. Издержки поставщиков и себестоимость электроэнергии у потребителя зависят от того, в каком месте сети они подключены — из-за разных затрат на передачу энергии, утечек и прочих потерь на передачах. Когда все потребители выкладывают свои запросы, а поставщики — свои возможности, то дальше запускается программа оптимизации. И только после работы этой программы становится известным, у кого какие затраты. Здесь нет выбора как такового, потребители не выбирают продавцов, и наоборот. Кстати, именно поэтому любая реформа РАО ЕЭС является глупостью, поскольку как ни дели ее на части, эти части никогда не выйдут на свободный рынок. Нелепой следует считать и приватизацию энергетики.

В Австралии и Новой Зеландии Вернон Смит работал дважды — в 1993 и 1996 гг. Его команда проводила двухнедельный семинар, на котором участникам рынка объяснялись правила рынка, которые определяются объективно, а не в соответствии с правилами, регулирующими рынок сверху. В. Смит с удовлетворением отмечает, что благодаря этой работе в Австралии процесс дерегулирования рынка электроэнергии завершен раньше, чем прошла его приватизация. Он особо отмечает, что штат Виктория распродал всю свою энергетику, а Новый Южный Уэльс ее сохранил в своей собственности. Но рынок работает, как часы, без РЭКов, ФЭКов и прочих бюрократических ухищрений. При этом все вновь вводимые энергетические мощности в Австралии — частные. И частный капитал идет в энергетику потому, что на этом рынке нет опасности чиновничьих вывертов.

В 1995 г. в Университете штата Аризона собрали 25 руководителей региональных энергетических систем США. С тех пор идет постоянная работа с энергосистемой штата Огайо. Исследованиями установлено, что как государственные, так и частные энергосистемы рассуждают исключительно с позиций поставщика и не могут рассмотреть ту же ситуацию со стороны спроса. При этом потребители электроэнергии не предполагают, что электроэнергию нельзя получать за одни и те же затраты в течение всех суток, что существуют пиковые нагрузки. Им никто не говорит, что если, например, передвинуть начало рабочего дня с девяти часов на восемь или на десять, то можно платить за электроэнергию меньше из-за того, что пиковые нагрузки станут меньше. Надо сказать, что плановая экономика в СССР кое-как справлялась с проблемой сдвига начала рабочего дня, хотя и в ходе разовых непродолжительных кампаний. Но, например, ввести двойной тариф на электроэнергию (одна цена киловатт-часа днем, другая, половинная, скажем, ночью) оказалось в советской экономике невозможно. Электроприборы для двойных тарифов не делали потому, что таких тарифов не было, ночной половинный тариф не вводили из-за отсутствия потребности в этом, а потребности не было из-за того, что не было нужных электроприборов.

Переход к современной рыночной экономике в России приводит не к освоению того, на что была не способна плановая экономика, а к отказу от тех рыночных механизмов, которые уже существовали ранее. Современные поставщи ки электроэнергии вообще не ставят вопрос о сдвижке начала рабочего дня. А зачем? Проще выставить затраты при нынешней ситуации, а не заботиться о деньгах потребителя.

Вернон Смит в рамках экспериментальной экономики показал, что два тарифа на электроэнергию относятся к так называемым альтернативным рыночным механизмам. При этом он убеждает поставщиков в том, что нужно начать заботиться не о том, чтобы ограбить потребителя электроэнергии через завышение тарифов, а продемонстрировать ему, как он может сэкономить свои средства. Потребителю должна быть предоставлена возможность выбора — если он готов экономить, пусть включает стиральную машину после полуночи и микроволновку до семи утра, а если не готов и не хочет нарушать свой распорядок дня, пусть платит больше за электроэнергию. Чем не условия для эксперимента? Сам эксперимент можно проводить, что называется, «вживую», на реальных потребителях, подключенных к конкретной энергосбытовой компании, либо организовать деловую игру с представителями таких потребителей или экспертами. Без эксперимента альтернативный рыночный механизм не введешь, ведь в отношении его нет статистики.

Экспериментальная экономика есть средство порождения так называемых альтернативных рыночных механизмов, когда сохраняется чувствительность рынка к ценам. Но именно ради порождения альтернативного рыночного механизма в рамках экспериментальной экономики и проработана идея разделения электросетей и поставщиков электроэнергии — знамя чубайсовской реформы РАО ЕЭС. Как обычно, перенимается одно и полностью игнорируется другое. Никогда РАО ЕЭС не будет заботиться о деньгах потребителей электроэнергии, как к этому призывает Вернон Смит. А без этого хоть разделяй, хоть соединяй, деятельность теряет один смысл и приобретает другой.

Другое часто обсуждаемое приложение экспериментальной экономики — купля-продажа прав на взлеты и посадки самолетов в аэропортах. Приложение, вероятно, важное, но менее известное. Впрочем, пример нужен для того, чтобы лучше переносить методы экспериментальной экономики из одной сферы в другую. Итак, в нормальных обстоятельствах права на взлеты и посадки распределяются между авиакомпаниями, работающими в данном аэропорту, в соответствии с расписанием. Но случись нелетная погода — и то подобие рыночного механизма, которое сложилось и стало привычным, рассыпается. Требуется новый, альтернативный рыночный механизм. Что делать? Какие из задержанных самолетов отправлять первыми? Может быть, самые большие? Или самые заполненные пассажирами? Или те, в которых наибольшее число пассажиров с пересадками? И Вернон Смит придумал выход из положения, увязав страховку рейса от плохой погоды с правом вылететь первым после задержки в аэропорту. Я опускаю детали, важна сама идея.

И, наконец, вообще экзотический случай: НАСА готовилась отправить космический корабль в сторону Сатурна. Грузоподъемность корабля была явно меньше, чем вес тех научных приборов, которые предлагали установить в нем разные исследовательские организации и фирмы. Был придуман следующий альтернативный рыночный механизм. Каждый прибор мог быть охарактеризован тремя параметрами: потребляемой мощностью, массой и объемом. В тендере разыгрывались три параметра независимо друг от друга. Поначалу цена единицы массы пошла вверх, затем она остановилась. И это показало участникам тендера, что нужно делать: экономить на мощностях и объемах. Это был единственный проект НАСА, который был реализован без перерасхода сметы. Данный случай назван экзотическим не из-за Сатурна, а потому, что удачный результат не понравился тем, кто знает, как согласовывать перерасходы. Как это похоже на российский подход к исследованиям, экономящим бюджетные средства.

Самая главная кукольная страшилка для японских детей — не Баба Яга, похожая на родную бабушку, а красивая кукла, у которой нет лица. Вместо лица — плоский овал без глаз, носа и рта. Это фактически и есть преподаваемая по всему миру экономическая теория со своим абстрактным «Homo oeconomicus» и макроэкономическими моделями. Японских детей пугали, а миллионы студентов приучали любить эту безликую куклу рыночной экономики. Но нашлись же двое...


[1] См.: ЭКО. 2002. № 1.

[2] В этом он отдаленно напоминает нашего академика Татьяну Ивановну Заславскую, которая в свое время перешла с физфака на экономический факультет. Впрочем, таких примеров — ухода в экономисты из точных наук — очень много.

[3] По правилам Нобелевского комитета премия присуждается только ныне живущим.

[4] Smith V.L. Papers on Experimental Economics Cambridge University Press 1991, Smith V.L. Bargaining and Market Behavior, Cambridge University Press 2000.

[5] Association for Private Enterprise Education.

[6] Книга с опозданием переведена на русский язык: Чемберлин Э. Х. Теория монополистической конкуренции. М.: Экономика, 1996. Вообще, присуждение Нобелевской премии Вернону Смиту имеет своеобразный извиняющийся оттенок. Как известно, Эд Чемберлин выдвигал те же идеи в части несовершенной и монополистической конкуренции, что и Джоан Робинсон, единственная женщина среди выдающихся экономистов-теоретиков. Нобелевский комитет отвергал ее по политическим мотивам: она публично поддерживала Мао Цзедуна. Теперь же сама тематика исследований монополистической конкуренции получает одобрение.

[7] Ellickson R. Order Without Law. Berkeley, 1991.

[8] Everything for a friend, nothing for an enemy, and the law for strangers.



Оглавление

НОВОСТИ КОМПАНИИ


архив ...»