Разделение живого и мертвого

Когда известному герою Мольера сказали, что он говорит прозой, удивлению того не было границ. Нечто похожее произошло и со мной, когда одна из фирм заказала (не для публикации, а для собственных нужд) перевод книги Ларри Каханера «Основы конкурентной разведки». По мере работы над текстом становилось все более очевидным, что, сами того не зная, мы на протяжении десяти лет занимаемся конкурентной разведкой.

Какого-то специального желания делать это не было, направление исследований определялось не столько потребностями заказчиков, сколько стремлением по-новому подходить к экономическим исследованиям. У меня всегда вызывали отвращение рассуждения о якобы естественном ходе экономических процессов, когда экономисты уподоблялись физикам, изучающим нечто, существующее самостоятельно, само по себе, безотносительно людей, участвующих в этих процессах[1]. Последствия того, что человека выбрасывают из экономической теории, хорошо известны. Например, из-за этого в голову советских людей вбивались идеи типа: «Будем строить коммунизм, потому что он все равно наступит». А в головы постсоветских россиян вколачивают потрепанную идею почти трехвековой давности: «Частный интерес не обманет». Когда человека считают примитивным быдлом, управляемым лозунгами, — это тоже противно.

А в конкурентной разведке все не так. Ты исходно полагаешь, что твой конкурент — человек разумный, что у него есть своя задумка, может быть, даже — стратегия, он действует, руководствуясь не только критерием максимума прибыли или минимума затрат. Иными словами, конкурентная разведка — это жизнь, экономическая теория — это мертвечина. Я, конечно, утрирую такое противопоставление. Есть и другая экономическая наука, в которой анализируется «экономика с человеческим лицом»[2] . Но достижения нобелевских лауреатов по экономике, которые думают таким образом, пока не признаны повсеместно. Господствует представление о некоторых общих законах экономического развития, которые действуют независимо от людей.

В особенности это касается даже не марксизма, а так называемой economics — экономической теории, которая преподается стандартно практически во всех вузах мира, унылой компиляции положений разных экономических научных школ. Там нет мотивации, активных решений, все участники хозяйственной деятельности примитивно рациональны, они не накапливают опыт, лишены возможности следовать собственной, самостоятельно выработанной стратегии.

Эта наука совершенно бесполезна для конкурентной разведки вследствие общих методологических расхождений. Конкурентная разведка ищет то, что экономическая наука как теоретическая дисциплина оставила за пределами своих фундаментальных исследований.

В академических исследованиях считается: чем длиннее временной ряд — тем надежнее полученные результаты; в исследованиях по конкурентной разведке длинный динамический ряд считается бесполезным. Если отступить от текущего момента, скажем, на полгода назад, то в то время и состав конкурентов, возможно, был другим, и уж совершенно точно у конкурентов были иные планы, намерения, другая программа действий.

Долговременные связи между параметрами рынка в академическом исследовании полагаются неизменными, действующими не только в прошлом, но и в настоящем, и в будущем. Специалисты в области конкурентной разведки не имеют возможности пойти на такие упрощения. Они должны давать ответы на вопросы, которые относятся к совершенно конкретному моменту времени. И даже если им известны общие закономерности, их знание не позволяет ответить на вопрос, поставленный руководством фирмы или заказчиком.



Оглавление

НОВОСТИ КОМПАНИИ


архив ...»